Cлушая вопросы, которые задавали журналисты Оззи Осборну на пресс-конференции, прошедшей 28 мая в гостинице «Англитер», вспомнилось высказывание, оброненное одним из участников Black Sabbath Тони Айомми: «Оззи всегда такой, как сидящий напротив него человек. Он - зеркало, настоящий хамелеон: он способен разговаривать на языке собеседника, будь то бомж, шизофреник или же нобелевский лауреат. При его знании литературы, поэзии он может читать лекции по Шекспиру или Бодлеру. Но ему не попадались нобелевские лауреаты в области литературы, и он непрерывно нес всякую чушь - такими были его собеседники». Так вот, на пустые вопросы из разряда «о погоде» Оззи давал такие же пустые ответы, а чаще всего вообще не понимал, о чем его спрашивают, пока на помощь не приходила волшебница Шерон, которая переводила супругу все сказанное на свой, видимо, какой-то особый язык.

Покинув сцену петербургского клуба «Платформа», немцы Melotron отправились в гримерку, дабы отпраздновать удачное выступление или, возможно, День Победы, с которым совпал их концерт. Солист Энди Крюгер сидел во главе стола, много пил, смеялся, периодически одевал и снимал дедморозовскую шапку. Судя по всему, отвечать на вопросы у него особого желания не было, поэтому на помощь другу пришел клавишник Эдгар Слатнов.

Вы слышали эту фамилию, она для вас почти как своя, родная. Вам говорили о нем в школе, вы читали его в двенадцать лет на уроках под партой - из чувства протеста; вы мечтали разрушить этот отвратительный мир, или просто хотели возвыситься над окружающей действительностью – и все это, хоть и прошло, но оказало сильное влияние на ваше отношение к миру. Или все было как раз наоборот – сначала школа, а потом уже, когда никто не заставляет – его книги. Для некоторых думающих и читающих людей готика, во многих ее философских проявлениях, может начинаться именно с текстов безумного гения Фридриха Ницше.

Тило Вольфф: «Прежде всего, мы делаем клипы потому, что любим кино, и нам предоставляется прекрасная возможность снимать “небольшие фильмы” с помощью музыки. А вторая причина заключается в том, что нам нравится иллюстрировать нашу музыку картинами… Часто случается так, что в момент создания композиции нам является образ, который мы хотим выразить в видеоклипе. Иногда бывает весело видеть, когда некоторые фэны во время просмотра понимают их точно так же как мы».
Болезненную эмоциональную реакцию испытает каждый, кто соприкоснется с ранними видео-творениям группы Lacrimosa. Даже у стойких поклонников ансамбля эти клипы могут вызвать эстетический шок.

Самое удивительное, что человек, имя которого стало символом декаданса в России, декадентом себя не считал. Скорее сетовал, что это художественное течение было столь модным в начале ХХ века, а значит ни о чем другом, кроме как об ужасе от надвигающейся катастрофы, писать тогда не приходилось.

Вокалист и один из лидеров немецкой группы Deine Lakaien Александр Вельянов признался нам, что перестал читать интервью с другими музыкантами, когда увидел, сколько чуши пишут о нем. «У нас в Германии даже есть выражение: бумага – это пациент». Насколько болен журнал R.I.P., доктор Вельянов сможет определить 17 июня, когда Deine Lakaien впервые посетят Санкт-Петербург. «Очень надеюсь, что наше путешествие в Россию будет не менее захватывающим, чем декабрьский концерт в Риге. Мне безумно интересно, как же все пройдет. Так и напишите», - предупредил нас Александр.

Лидер группы Пикник Эдмунд Шклярский, по всей видимости, человек достаточно последовательный, цельный, с четкой жизненной философией. Получив ответы на интересующие нас вопросы, R.I.P. немало удивился, когда обнаружил, что все они, так или иначе, пересекаются с текстами песен Эдмунда Мечиславовича. Судите сами…

Каждый материал, посвященный теме порнографии, неизменно начинается с утверждения, что история этого запретного и «непристойного» явления по продолжительности не уступает истории всего рода людского. С этим, на первый взгляд, трудно не согласиться: секс, как и смерть, является той ключевой сакральной областью человеческого бытия, которая оказывала сильнейше влияние на развитие культур и многих религий и находила в них, естественно, широчайшее отражение.

"Н аш новый альбом «Dead Machines Revolution» — это протест старых, но еще жизнеспособных и энергичных «машин» против пустых ценностей нынешнего молодняка", — заявляют словацкие дэзрокеры The Last Days of Jesus. Российские слушатели тоже могут оценить проповедь умудренных опытом машинок, так как недавно она вышла на воронежском лейбле Shadowplay.

Элегантный аристократ, обычно выбирающий себе в жертвы юных красавиц, а потому превращающий кровавую трапезу в некое эротическое действо, — такой образ вампира достаточно давно сформировался в нашем сознании. Вампир — это, прежде всего, Дракула Брэма Стокера образца 1897 года, несущий тяжкое бремя собственного бессмертия. Однако должны ли мы в который раз отрываться от корней в знак уважения к западноевропейской культуре? И не вспомнить ли о существах, более близких нам по кровному родству?

21 ноября Fields of the Nephilim выпустили долгожданный альбом с мрачным названием “Mourning Sun”. По такому случаю знаток Библейской мифологии и потомственный шаман Карл МакКой решил пообщаться с журналистами. Телефонная беседа с R.I.P. у лидера группы была уже четвертая за тот день, однако он отвечал весьма охотно, смеялся и излучал совсем “непохоронный” свет.

13 ноября 2004 года один из основателей группы Coil Джон Бэланс, будучи в состоянии алкогольного опьянения, выпал из окна. В декабре в Петербурге Питер Кристоферсон даст концерт в память Бэланса. Журналу R.I.P. представилась возможность побеседовать с музыкантом накануне этого выступления.

В фольклоре вампир — кровососущий труп, обитающий в деревнях, обычный монстр из сказок, вроде лешего. В книгах и фильмах он становится аристократом, обзаводится пессимистическим мировоззрением и харизмой, безотказно действующей на молоденьких девушек. Как правило, его зовут граф Дракула; он — эксцентричный иностранец с нездоровыми привычками, который вторгается в цивилизованную Европу, разрушая традиционный буржуазный уклад какого-нибудь маленького городка.

Уже отыграли в рамках петербургского Синти-понт фестиваля англичане VNV Nation, в День Победы русских над фашистами или в День Рождения Дэвид Гэхана выступят немцы Melotron. Третьими участниками праздника «иной электроники» станут еще одни фрицы De/Vision. Мы созвонились с одним из участников группы Томасом и сорок минут, преодолевая помехи в связи, проболтали о Бритни Спирс, Backstreet Boys и нынешних испорченных тинейджерах.

Прошедшие этим летом концерты Lacrimosa в России активно обсуждались как поклонниками, так и журналистами. А вот что успели посмотреть и какие достопримечательности посетили в городах нашей страны Тило Вольф и компания, знают отнюдь не все. Нашим корреспондентам довелось сопровождать группу в Краснодаре и в Ростове-на-Дону.

Останавливаюсь перед витриной, в которую фотографы обычно помещают книги и журналы со статьями о себе. На этот раз за стеклом - фасоль, две половинки полусгнившего граната и фарфоровая балерина с отколотой головой, непринужденно брошенной неподалеку от тела. На стенах галереи - призрачные дамы в пышных кринолинах и с короблями, запутавшимися в волосах; маленькая летающая девочка в сопровождении преданного друга-зонтика; инородный камень правильной прямоугольной формы... Среди этих фантомов я и познакомилась с Андреем Полушкиным, автором выставки «Вирус декоративности», проходившей с 17 февраля по 17 марта в Музее истории фотографии.

В связи с выходом нового альбома и большим туром Романа Рэйна по России мы, как и полагается в таких случаях, встретились с музыкантом, чтобы поговорить с ним на эти актуальные темы. После нескольких приветственных фраз у нас завязался разговор совершенно в ином русле, пошел он в обход всем моим заготовленным вопросам и получился очень искренним, практически интимным.

Мистификатор Трент Резнор добрался и до наших краев, отыграв две разные программы в Москве и Петербурге, дав, таким образом, поклонникам обоих городов развернуть бурные баталии по поводу того, где все-таки выступление было эффектнее. Москвичи нахваливали столичный концерт, питерцы — местный, а все вместе выясняли, кому же достались заветные флешки, которые якобы случайно оставляются в стенах концертных залов рассеянным Резнором, и что на них было записано. Бурно обсуждалась и отыгравшая в Петербурге перед Nine Inch Nails группа Theodor Bastard. Их выступление стало тем редким случаем, когда разогрев не раздражает тем, что задерживает встречу с кумирами, а, наоборот, усиливает впечатление от всего мероприятия. О том, какие впечатления остались у обеих сторон от этого вечера, мы спросили у лидера Theodor Bastard Федора Сволочь.

Питерские дарк-рокеры para bellvm выпустили долгожданный новый альбом и отправились в первое зарубежное турне в истории группы. Лучшего повода для обстоятельного интервью, как вы сами понимаете, и не найти. Поэтому буквально накануне их отъезда мы сидим с Леонидом Новиковым, вокалистом, и Александром Молчановым, гитаристом, в уютном китайском ресторанчике и беседуем — конечно же, о музыке. А точнее о том, когда музыка хобби, а когда — уже профессия. В какой-то момент спохватившимся движением включается диктофон.

Беседа с лидером Theodor Bastard Федором Сволочь состоялась на репетиционной точке, где группа оттачивала свою концертную программу в преддверии презентации нового альбома «Суета». Под звуки ударных и флейты, доносившихся из соседнего помещения, и под молчаливым надзором Яны Вевы мы отвлекали Федора от музицирования своими вопросами.

"Вилле, вы не джентльмен!" — первое, что говорю, зайдя в гримерку HIM. — "Русские мужчины не оставляют девушек в двадцатиградусный мороз на улице!" Сонные глаза мистера Вало удивленно раскрываются. "Это наш менеджер виноват, а не я", — оправдывается ангелоподобный хитрец.

Лидер группы Umbra et Imago Моцарт не раз сталкивался с непониманием со стороны прессы, чиновников и консервативной части общественности. Виной тому было откровенное садомазохистское шоу немецкого коллектива. С журналом R.I.P. главному «умбровцу» тоже не удалось найти общий язык. Мы спросили на английском, а он ответил на немецком. И некоторые его ответы почему-то не соответствовали нашим вопросам: мы все про Баха, а он про Моцарта...

Кладбищенская скульптура входит в область изучения тафологии — науки о погребениях. Тафология наряду с патологической анатомией является подразделом некрологии. Правда, в научной среде бытует мнение, что такой науки нет и никогда не было, зато есть танатофилия (любовь к символике смерти) — подвид некрофилии. Но тафологи этому не верят.

В прошлом году Samsas Traum приезжали с концертом в Москву, однако, все мои попытки поймать лидера группы тогда в клубе были тщетными. Уж очень сильна любовь немецких гостей к русской водке! Выпив первую рюмку, Александр пообещал дать интервью по ICQ. Застать его там оказалось непросто. Но перед тем как надолго запереться в студии, мистер Каште взял небольшой отпуск, и мне все-таки удалось до него достучаться. В данный же момент музыкант вовсе недосягаем — колдует над своими новыми детищами: акустической записью и номерным альбомом.

"Ритмы рок-н-ролла пробуждают в человеке низменные страсти и животные инстинкты, разжигающие в нем похоть". Так гласит вердикт Совета белых граждан Алабамы, вынесенный в середине прошлого века новой музыке. Подобные заявления не были откровениями, скорее лишь констатировали неизбежную и в дальнейшем неотделимую связь рок-музыки и секса.

На высоких платформах и в женских париках эта группа если и не изменила мир, то неплохо на него повлияла. Не хиппи и не панки… В мифологии рок-музыки New York Dolls принято называть прото-панками. Наряду с MC’5, Stooges и другими ауйтсайдерами начала 70-х они и вправду предвосхитили рождение панк-рока.

Cады пресыщенного сладострастия. Чувственность, похожая на жестокость. Бесстыдство холодное, как целомудрие. Образы-химеры, точно больные стебли растений, не видевшие солнца.
Похожие строки можно встретить практически в каждой книге, посвященной этому художнику. Действительно, странные рисунки Бердслея полны диссонансов, пронизаны духом противоречия. Мы всматриваемся в такие – на первый взгляд – милые, «декоративные» сценки: бал-маскарад, прогулка в парке, любовное признание. Кукольные лица и жеманные позы. С невероятной тщательностью прорисованы мельчайшие детали. Завитки пышного парика, пестрый узор роскошного платья, кружевная пена жабо. Но чем пристальнее разглядываешь рисунок, тем больше чудовищных, отвратительных и вместе с тем странно притягательных деталей проступает в облике персонажей.

Танцовщица и фетишистка Дита фон Тис – возлюбленная Мэрилина Мэнсона – в одном из интервью признавалась, что на ее эстетические вкусы оказали влияние три вещи. «История глаза» Жоржа Батая. Киномюзиклы 40-х годов. И, наконец, американский журнал Bizarre, редактором которого был художник и фотограф Джон Уилли.

Предположений по поводу того, как пройдет интервью с почти совершеннолетней Агатой Кристи, у R.I.P. было два. Можно было поверить людям знающим и ждать от братьев Самойловых неадекватного поведения. Или же на одном дыхании переслушать все альбомы группы и готовиться к содержательной беседе в эстетской атмосфере. R.I.P., конечно же, выбрал второй путь...

Вторая половина XIX века подарила миру новое течение прикладного оккультизма — спиритуализм. Утверждая духовное перед лицом научного материализма, спиритизм поддерживал пошатнувшуюся веру христиан в бессмертие души и судьбу после смерти. А началось все в доме фермера возле Хайдсвилла, штат Нью-Йорк, где в 1848 году две девочки Кэтти и Маргаретт Фокс с помощью стуков вступили в контакт с невидимыми объектами. Через два, три года для десятков тысяч людей жилище Фоксов стало святым местом, подобным Вифлеему, где родился Иисус.
Конечно, находилось немало недоброжелателей, расценивавших действия медиумов лишь как обман и мелкое жульничество. Среди таких скептиков был и величайший иллюзионист рубежа двух столетий Гарри Гудини, посвятивший значительную часть жизни разоблачению спиритов-мошенников.

"Не позволяй его тени заселить твои сны кошмарами" — эта фраза, предстающая перед глазами главного героя легендарного фильма "Носферату", могла бы послужить предостережением всем тем, кто отважится погрузиться в мрачный и полубезумный мир немецкого кинематографа двадцатых годов. Это время стало для побежденной и униженной в Первой мировой войне Германии суровым испытанием, сопровождавшимся тотальной депрессией, разрухой и чередой экономических кризисов. Нет ничего удивительного в том, что творческий потенциал немецкой нации с ее сильными художественными традициями мистицизма и неискоренимой тягой к фантастическому отвернулся от постылой действительности и обратился к ее темному закулисью — туда, где правят бал наши вечные страхи.

Б ыло время, когда в России слово «панк» ассоциировалось скорее с прической ирокез. Тогда обыватели, увидев на улице юношу с таким «домом на голове», одетого в булавки-заклепки, говорили: «Ишь ты, какой у него панк!» С тех пор прошло лет пятнадцать, а то и больше. Теперь российский народ стал более образованным. У нас в стране догадываются, что панк — это музыкальное направление. Что это протест против буржуазной морали. Или что это, на худой конец, человек как следует не промытый и не причесанный. Берем слово для опровержения подобных представлений.

В Россию (а вернее, в Советский Союз) пост-панк заявился с почти десятилетним опозданием. Этот подозрительный субъект неожиданно возник в Петербурге в 87-м году под именем Дурное влияние, стал расхаживать в странных нарядах по улицам города, петь про смерть, вести себя вызывающе, упоминать каких-то сомнительных заморских братьев Bauhaus и Joy Division.

Ч асто неверно понимаемый эстетически и неправильно употребляемый как термин, готик-рок — ответвление пост-панка, которое появилось в начале 80-х. Его репутация самой темной и самой мрачной формы андеграундного рока в значительной степени заслужена, хотя сегодня, эта репутация происходит больше от визуальной мелодраматичности групп и выряженных в черное адептов готики.

И года не прошло... Опять ЛДМ. Осень. Люди в черном. Девочки в слезах. Глаза на сцене. Подмигивают, обещая вернуться меньше, чем через год. И так 69 раз?

О днажды мне приснилось, что я плыву на необычайно красивом океанском лайнере — белом, с позолотой. Он напоминал мне праздничный торт. В воздухе запахло дымом. Люди же на корабле пили, играли в карты и кости. Я знала, что корабль горит, что скоро все мы будем на дне. Да и они также все прекрасно знали, но продолжали веселиться, танцевать, целоваться как обезумевшие. Не оставалось никакой надежды... Возвышенное чувство охватило меня, потому что я могла фотографировать все, что желала...

О днажды у лидера немецкой synth-pop группы Diorama спросили: "Каким образом человек такого атлетического телосложения, как вы, может создавать столь мелодичную и хрупкую музыку?" Торбен Вэндт ответил: "А вы всегда судите о внутреннем мире по внешности?" После интервью с музыкантом R.I.P. остался в растерянности, как такой порой резкий в суждениях человек с бунтарским духом творит столь миролюбивую и утонченную музыку? Может быть, на предстоящем концерте Торбен, наконец, все доходчиво разъяснит?

А что вам больше запомнилось, наша музыка или розовое платье басиста? Этот вопрос (только в разных вариациях) актуален для всех групп, стремящихся шокировать публику. Эпатаж на сцене может служить как дополнением к игре, так и скрывать ее недостатки за розовой ширмой. Какие стороны сильнее у коллективов, выбранных для интервью, решать слушателям и зрителям, а R.I.P. попытался разобраться, для кого из музыкантов эпатаж является внутренним свойством, а кто одевает яркую маску лишь на время выступления.

Ч то для одного хорошо, для другого смерть. Для готического романа смерть — хорошо. Ужас, как хорошо. «Черные романы» всех сортов и калибров от произведений Эдгара По и Густава Майринка до бульварных книжечек с незамысловатыми сюжетами — наследие эпохи романтизма. Мистическое, необъяснимое, страшное, ужасающее — список синонимов можно продолжить — краеугольные камни готического романа как жанра. Впрочем, черты его довольно размыты, что, видимо, и позволило редакторам серии «Готический роман» руководствоваться исключительно личными соображениями при ее составлении.

C колько здесь людей с фотоаппаратами? Тринадцать... Так. Со вспышкой снимаем первую минуту. Он зайдет — не фотографируйте. Он встанет возле баннера и попозирует ровно минуту. Потом вы все сядете. Задавайте адекватные вопросы. Пресс-конференция продлится ровно тридцать минут. Когда он встанет и начнет уходить, оставайтесь на местах. Есть вопросы?

"А дышать можно?" — робко напрашивался один.

Б оже, какая страшная баба! — воскликнула одна юная леди, увидев разодетую в латекс даму с безумно вращающимися глазами в невинном черно-белом клипе Apocalyptica на композицию “Seeman”. Ничего не остается, кроме как порадоваться за чувствительную психику молодой особы, которой не довелось посмотреть другие работы Нины Хаген. И в гораздо большей степени порадоваться за группу Rammstein, которая удостоилась чести услышать кавер на собственную песню в исполнении Великой, Божественной и Вечной Матери.

К лассиков итальянского кинематографа можно расположить на ступенях иерархической лестницы, следуя знаменитому тыняновскому принципу «истории генералов». Императором будет забравшийся на самую верхушку Федерико Феллини. Ступенью ниже окажется известная троица «Антониони—Пазолини—Висконти», пусть они выполняют функции полководцев — этаких «дуче». На посылках у них будут неореалисты, например, Роберто Росселлини и Витторио де Сика, да экранизатор Шекспира и оперных действ Франко Дзеффирелли. А вот Бернардо Бертоллуччи места на лестнице славы итальянских кинематографистов не достанется: слишком космополит. Если со значимостью тех или иных итальянцев все понятно, что же делать с идейной принадлежностью самых главных? «Циркач» Феллини — как Пушкин в русской литературе — велик и всеобъемлющ. Антониони — детектив-психоаналитик, занятый отношениями Мужчины и Женщины. Висконти — ностальгирующий аристократ. Место отпетого негодяя и скандалиста в итальянском кино оставалось вакантным, пока не появился Пьер Паоло Пазолини…

П очти месяц очередь желающих проникнуть в Строгановский дворец на выставку голландского фотографа Антона Корбайна мешала движению прохожих по Невскому проспекту. Обычно в большинстве петербургских галерей тихо и спокойно: вся арт-тусовка собирается на открытии, в остальные дни гробовую тишину залов нарушают редкие шаги забредшего сюда по каким-либо причинам гостя. Корбайн же вызвал много шума... Из ничего? Для выяснения этого вопроса пришлось отвлечь фотографа Андрея (Вилли) Усова от всех его дел и уговорить постоять часик-другой в очереди.

И з статей о Diary of Dreams и интервью с господином Хэйтсом складывается абсолютно четкое представление об Адриане как человеке замкнутом, избегающем общения с людьми, в общем, истинном мизантропе. И с этим недружелюбным персонажем предстоит беседовать! Даже если не до конца верить всему написанному и поделить сказанное надвое, то готовиться следовало к прохладному приему, снисходительному тону и отсутствующему взгляду. Прекрасная перспектива!

—А как я вас узнаю?
—Узнаешь, мы там одни такие будем.

Д ействительно, что за вопрос. Как в киевской оранжевой толпе можно не распознать гота? С Габриэль и Сварогом (в миру Таня и Юра) мы условились встретиться на Крещатике, возле одного из многочисленных Макдоналдсов. Габриэль известна организацией самых крупных готических вечеринок в Киеве. Сварог же активно занимается развитием украинского дарк-движения. Если ее я узнала бы из тысячи — в Украине люди в черном все еще редкость — то Юра больше похож на эльфа: светловолосый и голубоглазый, никакой опознавательной готической символики, разве что куртка и брюки темного цвета. Но сколько таких по улицам ходит…

Н а строительство Петербурга пригнали толпы шведов, плененных в ходе Северной войны. Они быстро умирали на тяжелых работах, и хоронили их отдельно от православных на далеком пустынном поле по древней Новгородской дороге, переименованной ныне в Лиговский проспект. Закапывали мертвых неглубоко, а по ночам из соседних лесов приходили волки, разрывали могилы, жрали трупы…И кладбище это прозвано было Волковским Лютеранским.

Н ынче в моде gothic и love-metal — стили, имеющие общую аудиторию и схожий набор тряпок. Парни берутся за черные гитары, красят в густой черный цвет волосы и прочувствованно поют об «осени, любви и голых женщинах». Многие из них не знают об истоках готического андеграунда, поскольку воспитывались на производных от него продуктах, преподнесенных масскультурой. Их кумиры HIM , The 69 Eyes, но никак не Bauhaus или же The Fields of the Nephilim — эти имена им почти ни о чем не говорят. Большинство, за редким исключением, хотят этой масскультуре принадлежать — получить признание, славу и любовь поклонниц. Журнал R.I.P. решил разобраться, кто же здесь играет по-настоящему, а кто забежал случайно, кто живет музыкой, а кто лишь ею пользуется. Для этого мы опросили музыкантов московских и петербургских love-metal и gothic-rock групп, задав им несколько схожих вопросов о музыке, имидже, текстах песен и готике вообще.

О ни убегали глубокой ночью прочь из города как можно дальше от людей. Многие из них выбирали в качестве последнего убежища старинные полузаброшенные храмы. Здесь двое прощались друг с другом, и на рассвете под первые удары колоколов мужчина, лишив жизни женщину, убивал себя. Иные же пары, не разрывая объятий, бросались в воду с моста или даже в кратер вулкана

Д оводилось ли вам когда-нибудь страстно желать пробуждения от кошмара, чтобы успеть его записать? Не волнуйтесь, все тайные страхи уже давно зафиксированы. Американский художник и дизайнер Шад Михаэль Вард собирает воедино ночные наваждения и ужасы, делает заметки о механическом будущем на полях своих работ, а в перерывах снимает обнаженную натуру и оформляет альбомы известных музыкантов. Все вместе объединяет студия Digital Apocalypse, которая и представлена в единственном лице известного мастера. Список его клиентов давно перевалил за сотню, он упоминает лишь самые известные лэйблы и группы, видимо, спрос на страх нынче велик. Несмотря на огромное количество работы, Шад согласился ответить на несколько вопросов от R.I.P

Н Наконец, наш города посетил мексиканский дуэт Hocico, который был восторженно встречен петербургской дарк-публикой. После бурного шоу Раско, плохо говорящий на английском, пошел раздавать автографы и фотографироваться с поклонниками, а Эрк уделил мне несколько минут, чтобы ответить на вопросы.